Биография Януша Корчака: Старый доктор и его дети. вЃ вЃ 

image

Имя Януша Корчака ассоциируется в человеческом сознании с самопожертвованием, героизмом, мученичеством и огромной любовью к детям. Отказавшись от собственной семьи, этот выдающийся польский педагог, автор многочисленных книг о детях и для детей, стал отцом сотен сирот.

Детство и юность: Ерш Хенрик Гольдшмит.

22 июля 1878 года в семье ассимилированных польских евреев Гольдшмитов родился первенец. Мальчика нарекли Ершем Хенриком. Окружающие звали его Генриком на польский манер. Свое первое образование юный Гольдшмит получал в русской гимназии в Варшаве. Главными постулатами учебного заведения были строгость и дисциплина. Малейшее отклонение от установленного распорядка дня без письменного разрешения директора жестоко каралось.

image

Юзеф так и не вылечился. Сведения о его смерти весьма туманны. Известно, что последние свои дни он провел в больнице. Чтобы помогать матери и младшей сестре, Генрик начинает подрабатывать репетиром.

В«Дом сирот» 

1911 год стал для Гольдшмита знаковым – в доме номер 92 на улице Крохмальной в Варшаве он основывает В«Дом сиротВ». Идею помогли воплотить в жизнь многочисленные филантропы. Директор сразу же ставит первое и главное условие – меценаты не должны вмешиваться в педагогическую и воспитательную деятельность руководителя.

Еврейское гетто. Треблинка

С приходом к власти Гитлера Януш Корчак начинает проявлять большой интерес к еврейскому вопросу, детально изучает историю своей родины, посещает Палестину, работает в Еврейском агентстве Варшаве.

6 августа, эта дата условно значится как дата смерти Корчака, директору В«Дома сиротВ» в последний раз предложили спастись. Немецкое командование хотело проявить публичную милость к известному литератору и педагогу, однако Корчак категорически отказался. В«Предать детей и пустить их умирать одних, – сказал учитель, – Это значило бы как-то уступить злодействуВ».

Научно-литературная деятельность

творческом наследии Януша Корчака выделяют три пласта: художественные произведения (книги о детях и для детей), научно-популярные работы по педагогике и дневниковые записи.

В«Дети улицыВ».

В«Дитя гостинойВ».

В«Моськи, Иоськи и СрулиВ».

Дилогия В«Король Матиуш ПервыйВ».

В«Когда я снова стану маленькимВ» и др.

Свой первый педагогический труд книгу В«Как любить детейВ» Корчак написал в Украине во время работы в киевских приютах для беспризорников и опубликовал в 1919 году. На протяжении 10 лет (с 1929 по 1939 годы) педагог создал еще три научно-популярных работы: В«Право ребенка на уважениеВ», В«Правило жизниВ» (с подзаголовком В«Педагогика для детей и взрослыхВ») и В«Шутливая педагогикаВ».

Огромную ценность для понимания педагогики Януша Корчака, а также непростой моральной атмосферы в охваченной войной и репрессиями Польше играет В«ДневникВ» учителя. Он вел подробные записи, чтобы не упустить ни единой мысли. Трагическая гибель не дала возможности самостоятельно опубликовать В«ДневникВ». Он увидел свет только в 1958 году, через 16 лет после смерти автора.

Память: поэт, педагог, человеколюб.

Януш Корчак прожил достойную жизнь от начала до конца, не сбившись и не поддавшись соблазну, даже когда другой бы не устоял. Со временем его жизнь превратилась в миф, а сам Корчак – в легенду. Особый интерес к его персоне обусловила литературная деятельность. Война знала много героев, но в тот день, 6 августа, фашисты повели на смерть не просто учителя, они погубили Поэта. Поэт – Бог, он свят и неприкосновенен. Такое не забывается.

О его жизни, творчестве и героизме написаны десятки биографических книг (В«Живая связьВ» Игоря Ниверли, В«Король детейВ» Бетти Джейн Лифтон), художественных интерпретаций (поэма В«КадишВ» Александра Галича, фильмы В«КорчакВ» и В«Януш КорчакВ» Анджея Вайды и Семена Винокура).

Миф о Януше Корчаке продолжает жить и шириться. Его подлинная история обросла множеством домыслов, поэтических деталей, афоризмов, якобы слышанных из уст Корчака. Как бы там ни было, легенда не может родиться на пустом месте. Ей нужен стержень, им стал Корчак – поэт, педагог, человеколюб. За три месяца до смерти он сделал запись в дневнике: В«Я никому не желаю зла. Не умею. Не знаю, как это делаетсяВ».

Как работал и жил великий педагог и прекрасный человек Януш Корчак

01.06.2019

История Януша Корчака начинается с конца. С подвига, о котором знают все: ведёт отряд детей из своего приюта на поезд, увозящий их в Треблинку. Комендант СС предлагает ему остаться — одному, без детей. Ответом ему служит злой хлопок вагонной двери, закрывшейся изнутри. «Вы ошибаетесь. Дети — прежде всего». Его жизнь была цельной, как ответ на вопрос, название его первой книги: «Как любить ребёнка?». Если бы Корчак жил в наше время, он, возможно, основал бы свою педагогическую школу, выступал с лекциями и давал мастер-классы.

Но время, в которое он родился, безжалостно определило рамки жизни за него. Появление на свет в небогатой, но интеллигентной еврейской семье. Болезнь и смерть отца, первые заработки в качестве репетитора ещё в старших классах гимназии. Медицинский факультет, на котором он выбрал профессию педиатра. Три войны: Русско-японская, Первая и Вторая мировые.

Эпоха задала рамки его жизни, но не её содержание. Своё предназначение Януш Корчак выбрал сам

В своих книгах он рассказывал, что уже в пять лет остро почувствовал несправедливость мира. На улицах родной Варшавы он видел сверстников: одни были сыты и хорошо одеты, шли за ручку с гувернёрами. Другие дети были грязными, оборванными, и за ними никто не присматривал. Тогда маленький Хенрик Гольдшмит (настоящее имя педагога) впервые задался вопросом: что сделать, чтобы в мире не было таких несчастных, оборванных и грязных детей?

Когда будущему знаменитому педагогу было 11 лет, у его отца обнаружились первые признаки душевной болезни. Лечение стоило недешёво. Чтобы помочь матери и младшей сестре, в 14 лет Хенрик стал давать частные уроки детям помладше. Поступив на медицинский факультет Варшавского университета, Хенрик не переставал интересоваться педагогикой. Он ездил в Швейцарию, чтобы ознакомиться с системой Песталоцци, читал книги о воспитании и развитии детей.

Януш Корчак в детстве

Свои педагогические наблюдения Корчак продолжал, работая педиатром на старших курсах и после окончания университета. Он видел разные семьи и разных детей, сравнивал практический опыт с написанным в книгах, восхищался интуиции матерей и огорчался, что некоторые родители подменяют своё чутье готовыми схемами из книг, разрушая контакт с ребёнком.

Мать чувствует и лучше знает своего ребёнка, если даёт себе труд прислушаться к нему и к себе, утверждал он в своей книге «Как любить ребёнка»:

«Я хочу, чтоб поняли и полюбили чудесное, полное жизни и ошеломляющих неожиданностей творческое „не знаю“ современной науки о ребёнке. Я хочу, чтоб поняли: никакая книга, никакой врач не заменят собственной живой мысли, собственного внимательного взгляда».

Корчак утверждал: нет единых нормативов для всех — малыш научится ползать, ходить и говорить именно тогда, когда его собственное развитие достигнет этой ступени. Ребёнок делает это в своём темпе, и чуткие родители знают это.

Корчак с ребёнком

Он огорчался тем, как необдуманными запретами и постоянными «нельзя» родители легко, сами того не замечая, отбирают у детей радость победы и преодоления: «Что ты там крутишься, что ты там вечно колдуешь? Не трогай, испортишь. Сейчас же иди в комнату».

Право на риск, на то, чтобы быть подверженным опасности — одно из неотъемлемых прав ребёнка, настаивал он. Это не значит быть беспечным, это значит — стараясь уберечь ребёнка, не прятать его от самой жизни. С точки зрения тревожного родителя, мир полон опасностей, но, запрещая ребёнку экспериментировать, рисковать, пробовать окружающий мир, есть риск сделать его апатичным и равнодушным ко всему — «пригасить саму жизнь».

«В страхе, как бы смерть не отобрала у нас ребёнка, мы отбираем ребёнка у жизни; оберегая от смерти, мы не даем ему жить».

Корчак рассказывал, что, отвлекая маленьких пациентов от пугающей обстановки врачебного кабинета, начинал спрашивать их: «Ты умеешь залезть на стул?», «Умеешь скакать на одной ножке?», «Можешь левой рукой поймать мяч?». Ободрённые таким вниманием малыши с радостью начинали рассказывать доктору о том, что умеют, и забывали о неприятном осмотре горла и невкусных лекарствах.

Система запретов должна быть ясной, считал Корчак. «Нельзя» не должно быть много, но оно должно быть твердым.

Труд и в некотором смысле творчество родителей — не полениться и не растеряться, продумать логичную систему «нельзя» и «можно»

В 1907 году Корчак в Берлине прошёл практику в детских больницах и воспитательных учреждениях. Всё это он делал за свои деньги — хотел стать отличным врачом и педагогом. А спустя четыре года 33-летний Корчак осуществил свою давнюю мечту: основал «Дом сирот» для еврейских детей. Этим учреждением он руководил до конца жизни. Кто бы ни спонсировал его детище, Корчак требовал от филантропов оставить ему полное право руководить жизнью детского дома.

Типичные сиротские приюты того времени были мрачным местом, где господствовали армейская дисциплина, суровые наказания и полное подавление воли. Своей целью Корчак поставил создать гуманную обстановку, растить детей в любви и уважении, но в то же время прививать им ответственность за свою жизнь. «Воспитания без участия в нём самого ребёнка не существует», — говорил он.

В Доме сирот и Нашем доме — втором приюте, созданным Корчаком, — было введено самоуправление.

Дети под контролем педагога сами регулировали правила жизни и распорядок дня, разрешали конфликты в коллективе

Принятые Советом самоуправления законы вводились на определённый срок, за который должны были пройти проверку временем. После назначенного срока совет собирался вновь, чтобы обсудить: насколько удачным оказалось введённое правило, следует ли его оставить, нужно ли внести поправки.

Вместе с ребятами Корчак составил местный Кодекс, содержавший более 100 статей, и ввёл товарищеский суд, который определял меру проступков. Судьи избирались жребием из тех ребят, которые последнюю неделю не совершали никаких проступков. Кодекс товарищеского суда гласил:

«Если кто-то совершил плохой поступок, лучше всего простить его. Если совершил такой поступок, потому что не знал, что это плохо, теперь уже будет знать. Если поступил плохо не нарочно, в будущем будет осторожнее. (…) Суд должен защищать тихих от обид, наносимых забияками и драчунами, суд должен взять под защиту слабых, чтобы к ним не приставали сильные, суд должен защищать прилежных и трудолюбивых, чтобы им не мешали нерадивые и лентяи. Суд должен заботиться о порядке, потому что от беспорядка больше всего страдают добрые, честные и добросовестные люди. Суд — ещё не справедливость, но должен стремиться к справедливости, суд — ещё не правда, но должен стремиться к правде».

Проступки вплоть до сотой статьи прощались с условием, что совершивший его постарается больше не повторять содеянного. Самые тяжёлые наказывались временным лишением гражданских прав: права голоса, свободного выхода в город и посещения родных, права быть опекуном и так далее, а также ставили воспитанника под угрозу исключения из интерната. Если никто из других детей не согласен был взять провинившегося на поруки и помочь ему исправиться, его исключали. Правда, за всё время существования приюта таких случаев было очень мало.

Совет самоуправления распределял дежурства, в которые входила уборка помещения, помощь в приготовлении пищи, присмотр за самыми младшими подопечными и уход за больными. Работа была добровольной, однако активный труд предполагал поощрение. Дети вели документацию, учитывая работу каждого воспитанника. Эта система оказалось настолько успешной, что за первый год существования Дома сирот, в котором жили более сотни детей, количество работающего в приюте взрослого персонала удалось сократить до четырёх человек: экономка, воспитательница, сторож и кухарка.

Фактически великому педагогу удалось создать на территории отдельно взятого детского дома успешную модель гражданского общества. У детей была своя газета с редакционным советом и типографией, канцелярия, мастерские и игровые комнаты.

Корчак считал, что категорический запрет — неэффективная мера воспитания. К примеру, с детскими драками он поступил так: они не были запрещены категорически, однако драчуны вносились в публичный список. Таким образом, все знали, кто задирает слабых и маленьких, и это считалось позором.

Ребёнок, желающий избавиться от плохой привычки (например, ссориться с друзьями или употреблять бранные слова), мог заключить с Корчаком тайное пари

Если поставленной цели не удавалось достичь, выигрывал «пан доктор», если же получалось, то его подопечный. Пари можно было заключать многократно. Постепенно у ребёнка вырабатывался соответствующий навык, и плохие привычки постепенно сходили на нет.

Помня о том, что его воспитанники прежде всего дети, которым необходимо дурачиться, директор вводил в распорядок забавные праздники: День грязнули, когда нельзя было умываться, День первого снега, праздники Самого короткого дня, когда можно не вставать с постели, и Самой короткой ночи, когда разрешалось не ложиться спать.

Руководя приютом, Корчак написал почти все свои самые известные повести для детей: «Король Матиуш Первый», «Банкротство маленького Джека», «Кайтусь-чародей». И множество трудов по педагогике, которые переиздаются до сих пор: «Как любить ребёнка», «Несерьёзная педагогика», «Право ребёнка на уважение».

С приходом к власти Третьего рейха и усилением антисемитских настроений в Европе Корчаку не раз предлагали уехать. Но он даже не рассматривал такой возможности: оставить детей и приют, дело своей жизни. В 1940 году вместе с воспитанниками он был отправлен в Варшавское гетто.

Педагогу, который стремился как можно лучше подготовить детей к жизни, пришлось готовить их к смерти

Ещё два года Корчак самоотверженно сражался за благополучие воспитанников, надеясь, что кому-то из них удастся выжить. Насколько это было возможно, он поддерживал обычный распорядок приюта, добывал для детей одежду и лекарства. «Пану доктору» было уже за 60. Как рассказывают очевидцы, целый день он бродил по гетто и возвращался вечером — порой с пустыми руками или с краюшкой хлеба или, если день был удачным, с мешком полугнилой картошки.

В августе 1942 года пришёл приказ о депортации его воспитанников в Треблинку. Шествие Корчака и детей к поезду смерти Варшава не забудет никогда. Доктор выстроил детей в четвёрки и пошёл во главе колонны, держа на руках больную девочку по имени Натя, которая не могла ходить. Отряд детей нёс знамя короля Матиуша — золотой клевер на зелёном фоне.

Говорят, что при виде них даже вспомогательная полиция встала и отдала честь. Немецкий комендант, отвечавший за погрузку и отправление «эшелона смерти», спросил Корчака, не он ли написал «Банкротство маленького Джека».

— Это как-то связано с погрузкой эшелона? — сухо спросил Корчак.

— Хорошая книжка, я читал в детстве. Вы можете остаться, доктор, — ответил комендант.

— А дети?

— Это невозможно. Дети поедут.

«Вы ошибаетесь, — крикнул Корчак, — вы ошибаетесь, дети прежде всего!». И захлопнул дверь вагона изнутри

6 августа 1942 года в концлагере Треблинка Корчак вместе со своими детьми вошёл в газовую камеру. Он держал на руках двух самых маленьких детей, которым рассказывал сказку.

Последняя запись в дневнике Януша Корчака, сделанная 5 августа 1941 года: «Последний год, последний месяц или час. Хотелось бы умирать, сохраняя присутствие духа и в полном сознании. Не знаю, что бы я сказал детям на прощание. Хотелось бы только сказать: сами избирайте свой путь. Я никому не желаю зла. Не умею. Не знаю, как это делается».

Читайте также

Януш Корчак стал известным педагогом из-за пережитых неприятностей в детстве. Болезнь отца, безденежье, отсутствие доброты в гимназии — всё это способствовало тому, что он до конца своих дней помогал еврейским сиротам почувствовать себя нужными и любимыми.

Семья и детство

Януш Корчак — ненастоящее имя известного педагога. От рождения он назывался Хенриком Гольдшмидтом, вторым его именем было Эрш или Хэрш — в честь дедушки. Несмотря на то, что родители будущего педагога были евреями, в их доме не слишком придерживались иудаистских обрядов. В то время множество польских евреев были весьма ассимилированными, поэтому дома к нему обращались, используя польское имя Хенрик.

Его отец был адвокатом, автором различных монографий. Кроме него в семье также воспитывали младшую дочь Анну.

Поскольку в то время часть Польши была под Российской Империей, то первые свои знания Хенрик получал в российской гимназии, где ни на капельку не изменились армейские уставы былых времён. Жёсткая дисциплина, физические наказания за проступки, унижения, и, конечно же, издевательство над евреями, который не любили в царской России.

Но кроме всего этого там преподавали множество интересных для Хенрика предметов, например, языки. Французский, латынь, греческий и немецкий, хотя сами преподаватели общались с гимназистами исключительно на русском.

Когда Хенрику было одиннадцать, у его отца начались проблемы со здоровьем. Врачи обнаружили у него психические нарушения, и его пришлось определить в клинику для душевнобольных. Поскольку содержать отца в хорошей больнице стоило больших денег, уже через несколько лет с деньгами начались серьёзные проблемы. Чтобы хоть как-нибудь улучшить положение, Хенрик идёт на свою первую работу — репетитором. Ему тогда было 15 лет.

Образование и призвание

Как это часто случается, обстоятельства сами указали Хенрику на его будущую профессию. Болезнь отца и подработки учителем стали его призванием. Поэтому двадцатилетним он подаёт документы на медицинский факультет университета Варшавы, мечтая помочь отцу вылечиться, но тот вскоре умирает в больнице. Параллельно Хенрик слушает курс подпольного университета, где улучшает свои качества как педагог.

Уже с ранних лет Хенрик интересовался литературной деятельностью. А после смерти отца его переживания выплеснулись в пьесе о сумасшедшем, который уничтожает собственную семью. Эту работу он даже отправил на литературный конкурс. Но, скромный от природы Хенрик просто не мог подписать пьесу своим именем, так появляется псевдоним Януш Корчак.

В 1899 он даже был в Швейцарии, чтобы послушать лекции известного местного педагога Иоганна Песталоцци. Больше всего его уже тогда интересуют больницы и детские школы.

Начиная с 1903 и следующие восемь лет он работал в больнице для еврейских детей на Сенной, а летом подрабатывал воспитателем в детских лагерях. В те же годы он вступает в Общество помощи сиротам, организованное опять же евреями в Варшаве.

В конце весны 1905 года Гольдшмидт стал дипломированным врачом, после чего участвовал в Русско-японской войне, поехав на фронт как военный врач.

После возвращение Генрик решает завязать с медицинской практикой, и свою жизнь посвятить именно воспитанию детей. Несколько лет он накапливает знания в сфере педагогики, слушая лекции во Франции, Англии и Германии.

Результатом становится его «Дом сирот», который открыл двери в 1911 году. Сиротинец на улице Крахмальной в Варшаве стал местом для самых несчастных детей того времени — еврейских. Гонимые в стране, в которой процветали антисемитские взгляды, брошенные собственными родителями, Гольдшмидт стал для них и отцом, и другом. Мягкий, но весьма требовательный Хенрик не только находил общий язык с детьми улиц, но и с богатыми евреями Варшавы, ведь именно они давали деньги на содержание беспризорников.

Корчак и Украина

Во время Первой мировой Корчак-Гольдшмидт был на территории современной Украины. Как военный врач он помогал в госпитале поблизости Тернополя. Там, на улицах города, он подобрал мальчика Штефана, мать которого умерла, а отца забрали в армию. Ребёнок не умел ни читать, ни писать, а сердобольный Корчак забрал его к себе в казарму, где научил не только письменности, но и в азам ремесла — при госпитале была мастерская. Обо всём этом известно из записей в дневнике Корчака.

В Тернополе педагог заболел, и его отправили в Киев на лечение. Там же он продолжил свою работу в приютах для сирот, количество которых после войны резко увеличилось. В Киеве же Корчак и написал своё самое знаменитое творение — книгу «Как любить ребёнка».

Сиротская демократия Корчака

В 1918 Корчак вернулся в Варшаву и вновь принялся руководить своим сиротинцем. Кроме того он становится и радиоведущим — под именем Старый Доктор ведёт программу, где рассказывает молодым мамам об азах воспитания и ухода за детьми. Также начинает читать лекции в педагогических университетах, пишет статьи в журналы о педагогике.

Во время польско-советской войны опять помогает как военный врач, на этот раз в госпитале города Лодзь.

Кроме «Дома сирот» Корчак также 15 лет до 1936 помогал в организации «Нашего дома» — ещё одного сиротинца на окраине Варшавы.

С 1926 до 1932 был соредактором еженедельника Mały Przegląd, статьи для которого писали его воспитанники. Это было приложение к варшавской еврейской газете Nasz Przegląd.

Своих детей Корчак старался воспитывать как хороших евреев, читал им талмуды и учил основам справедливости. Так, в стенах «Дома сирот» была не только редакция газеты, но и свой суд и присяжные. За каждую шалость виновник получал наказание. Суд присяжных рассматривал дело и выносил приговор. Если он был слишком строгим, то Корчак имел право голоса. Но на самом деле его самого несколько раз «осудили», когда он ошибочно выругал невиновного воспитанника.

В сиротинце его называли либо Старым Доктором, либо Королём детей.

Варшавское гетто и Треблинка

О Корчаке часто отзывались, как о добром, но своенравном человеке:  он очень плохо переносил несправедливость. Когда Варшаву в 1939 оккупировали нацисты, он не повиновался приказу носить звезду Давида на рукаве. Корчак ощущал себя польским офицером, который не должен повиноваться приказам противника.

Через год сиротинец перевели в стены Варшавского гетто. А самого Корчака на месяц посадили в тюрьму — за неповиновение по поводу нарукавной повязки. Освободили его оттуда по просьбе местного провокатора и агента гестапо. Тот попросту хотел получить «своего» человека в стенах гетто, но Корчак не согласился.

Даже в гетто Корчак делал всё возможное, чтобы его воспитанники хорошо питались. Он постоянно связывался с юденратом и выбивал из них деньги на еду для детей. Самое ужасное, что он тогда видел на улицах гетто — это мёртвые дети, которых даже некому было похоронить, поэтому своих он лелеял пуще прежнего. В последние дни пребывания в гетто Корчак настолько погрузился в депрессию из-за происходящего, что предложил юденрату дать разрешение на эвтаназию для его сирот. По его мнению, это было намного гуманнее, чем оставить детей погибать от голода.

В августе 1942 Дом сирот решили депортировать из города. Друзья Корчака до последнего уговаривали его бежать, но он не согласился. Так великого педагога вместе с его воспитанниками отправили в концлагерь Треблинку.

6 августа Корчак и его сироты погибли там в газовой камере.

Интересные факты

  • Последние месяцы жизни Корчак описывал в дневнике, который потом замуровал в стенах дома варшавского гетто. Его случайно нашли через несколько лет после завершения войны. Записи дневника стали основой для сценария фильма Анджея Вайды «Корчак».
  • У педагога было своё отношение к смерти: своих воспитанников он с малых лет приучал к тому, что смерть — это обычное явление. Неудивительно, что его Король Матиуш (герой детской книги) также умирает.
  • Во время Второй мировой Корчак стал глубже интересоваться сионизмом, даже решил уехать в Израиль, но остался в Варшаве только ради своих детей.
  • Основы педагогики Василия Сухомлинского основаны на подходе Януша Корчака.
  • Поскольку могилы у педагога нет, то на еврейском кладбище Варшавы поставили кенотаф в память о нём и его воспитанниках, а в Треблинке — камень с его именем.
  • Несмотря на почти полное разрушение Варшавы во время Второй мировой, «Дом сирот» на Крахмальной выстоял. Он работает до сих пор.

Титулы и награды

  • 1972 — Премия мира немецких книготорговцев
05.10.2013 09:00 Примерное время чтения: 11 минут 104344 imageПамятник «Януш Корчак с детьми» в Иерусалиме. Public Domain image
Януш Корчак. Фото: Public Domain

Редактор еженедельника,  опубликовавший статью, был так восхищен его талантом, что доверил Хенрику вести колонку в издании.

Впрочем, сам молодой человек к своим педагогическо-писательским опытам относился не очень серьезно. После смерти отца Хенрик решил, что прокормить родных ему поможет медицина, и поступил на медфакультет Варшавского университета.

Писать, однако, он не бросил. Больше того, написал пьесу под названием «Каким путем?» о сумасшедшем, губящем свою семью. Здесь явно сказались личные переживания, вызванные историей отца. Пьесу Хенрик выставил на конкурс, подписавшись псевдонимом Януш Корчак.

Молодой человек оказался успешен сразу в трех ипостасях — он талантливый педагог и писатель, и в этих двух своих сферах деятельности он известен как Януш Корчак, а в медицине он успешный врач Хенрик Гольдшмидт.

Он ездит по Европе, изучает различные методики педагогики, которые описывает в статьях, и одновременно совершенствует свои медицинские навыки.

Дом, который построил Корчак

В 1905 году Хенрика Гольдшмидта призвали на русско-японскую войну в качестве военного медика. На фронте он не только лечил раненых, но и помогал взрослым людям преодолевать ужасы войны, отвлекая их светлыми историями и сказками.

После войны Хенрик вернулся в Польшу и с удивлением обнаружил, что здесь его писательская популярность выросла неимоверно. Тем не менее, он продолжил медицинскую практику.

В 1907-1908 годах Хенрик Гольдшмидт отправляется сначала в Берлин, а затем во Францию и Англию. Он изучает педагогику, причем стажировки проходят за его счет.

В 1910 году Хенрик Гольдшмидт принимает важнейшее решение – он прекращает медицинскую практику и становится директором вновь основанного «Дома сирот» для еврейских детей. Именно в этом заведении Хенрик Гольдшмидт, которого с этого времени большинство будет знать как Януш Корчак, планирует воплотить в жизнь свои педагогические идеи.

Заниматься еврейскими сиротами Корчак стал неслучайно – в Польше, пропитанной духом антисемитизма, положение именно этих детей было наиболее тяжелым.

Благодаря своей известности и популярности, Корчаку удалось привлечь помощь меценатов для строительства своего «Дома». В 1912 году стройка была завершена. Это было уникальное четырехэтажное здание, в котором все устроено для нужд детей, для их воспитания и обучения.

image
Детский дом Корчака. Продолжает действовать по сей день. Фото: Commons.wikimedia.org / Simon Cygielski

Как любить ребенка

Корчак и его помощница и соратница Стефания Вильчинская в первый год деятельности приюта работали по 16-18 часов в день. Приходилось с трудом преодолеть уличные привычки вчерашних беспризорников, работать с учителями, не готовыми к таким ученикам.

Во главу угла Януш Корчак ставил нравственное воспитание. Его приют одним из первых использовал элементы детского самоуправления. По мнению педагога, приют – это справедливая община, где юные граждане создают собственный парламент, суд и газету. В процессе общего труда они учатся взаимопомощи и справедливости, развивают в себе чувство ответственности.

Спустя несколько лет схожим путем пойдет советский педагог Антон Макаренко. Интересно, что Януш Корчак знал и с интересом изучал систему Макаренко.

С началом Первой Мировой войны Януш Корчак вновь оказался на фронте в качестве военного врача. Но среди ужасов войны он начал писать один из своих главных трудов – книгу «Как любить ребенка». Главная мысль, которую выразил педагог в работе – вы не любите ребенка своего или чужого, если не видите в нем самостоятельную личность, обладающую правом вырасти и стать таким, каким ему уготовано судьбой. Вы не сможете понять ребенка, пока не познаете себя.

После окончания Первой Мировой войны Корчак оказался в рядах армии независимой Польши, перенес тиф, от которого едва не умер, и лишь по окончании советско-польской войны вернулся в свой «Дом сирот».

Он продолжал экспериментировать – основал газету, где репортерами были дети. Те, кто не умел писать, могли прийти в редакцию и рассказать репортеру о том, что их волновало.

Пять заповедей воспитания

Все эти педагогические проекты, новые книги достигались неимоверным трудом. Приют зависел от помощи меценатов, а их становилось все меньше из-за экономических проблем. Антисемитизм в Польше оставался настолько серьезной проблемой, что Корчак подумывал переехать в Палестину, где укреплялись еврейские поселения, впоследствии положившие начало государству Израиль.

В 1934 году в Палестине Корчак сформулировал пять заповедей воспитания детей:

  1. Любить ребенка вообще, а не только своего собственного.
  2. Наблюдать ребенка.
  3. Не давить на ребенка.
  4. Быть честным с собой, чтобы быть честным с ребенком.
  5. Познать себя, чтобы не воспользоваться преимуществом над беззащитным ребенком.

В Варшаве Корчак вел радиопередачу о педагогике под псевдонимом Старый Доктор. К середине 30-х его приют считался успешной новаторской педагогической системой, книги были известны в мире, однако в Польше многие считали, что еврей не должен учить, как воспитывать детей.

В феврале 1937 года антисемитские настроения в Польше достигли своего пика. Радиопередачу закрыли. Корчак понимал, что надо уезжать, однако перевести приют в Палестину было делом непростым, хотя там и жили к тому времени уже многие бывшие воспитанники педагога. Но главное – Януш Корчак не был готов отказаться от своей Родины – Польши.

Жизнь на краю гибели

1 сентября 1939 года Германия вторглась в Польшу – началась Вторая Мировая война. Януш Корчак рвался на фронт, но получил отказ по возрасту. Как врач, он спасал раненых во время бомбардировок, его воспитанники тушили на крышах зажигательные бомбы.

Когда фашисты вошли в Варшаву, для Януша Корчака началась новая борьба – борьба за жизни своих воспитанников. Для нацистов дети евреев были даже не людьми второго сорта, а отбросами, подлежавшими уничтожению. Несмотря на то, что те меценаты, которые раньше помогали Корчаку и его воспитанникам, эмигрировали, доктор Корчак находил возможности для продолжения деятельности приюта. Речь шла об элементарном выживании детей, поскольку даже продуктов катастрофически не хватало. Одежду дети научились шить сами.

Летом 1940 года, в условиях немецкой оккупации, Корчаку удалось невозможное – он вывез детей в летний лагерь, где они могли хоть на время забыть о творящихся вокруг ужасах.

image
Памятник Янушу Корчаку в Варшаве. Фото: Public Domain

Однако осенью того же года даже авторитет старого педагога не помог ему предотвратить переселение его маленьких воспитанников в Варшавское гетто. Более того, сам Корчак оказался в тюрьме. Смелый, но наивный педагог попытался пожаловаться немецким властям на действия солдат, отобравших при въезде в гетто повозку с картошкой, предназначенную для питания детей. Разгневанные гитлеровцы припомнили ему и то, что он, в нарушение нацистского закона, не носил обязательную для всех евреев повязку со звездой Давида.

В тюрьме он провел месяц, после чего его все-таки отпустили в гетто, к его сиротам. Здоровье 62-летнего педагога было сильно подорвано, но он продолжал свою работу, несмотря ни на что.

Доставать продукты становилось все тяжелее – когда кругом безысходность, сердцем черствеют даже самые душевные люди и самые близкие друзья.

В 1941 году, в условиях полного отчаяния и очевидно приближающейся гибели Януш Корчак выступил с еще одним предложением – создать место, где умирающие от голода и болезней беспризорные дети могли проводить свои последние часы, получая утешение и возможность уйти из жизни достойно. Фактически Януш Корчак предвосхитил идею будущих детских хосписов.

С детьми до конца

Немцы постепенно начали уничтожать обитателей Варшавского гетто. Страницы дневника, который вел Януш Корчак, запечатлели нарастающий ужас происходящего.

Но даже в этих условиях педагог продолжал учить, лечить, воспитывать детей, который фактически уже были обречены. Более того, приют доктора Корчака ставил детские спектакли, что кажется совершенно немыслимым, с учетом того, что его воспитанники от перенесенных страданий еле держались на ногах.

image Читайте также Уроки холокоста: воспоминания очевидцев о трагедии

В конце июля 1942 года стало известно, что сироты из приюта Януша Корчака будут депортированы. Точного места назначения не называлось, но это не предвещало ничего хорошего – немцы объявили, что депортации подлежат все «непроизводительные элементы». Педагог сделал последнюю отчаянную попытку спасти подопечных – предложил на базе приюта организовать фабрику по пошиву военной формы, тем самым доказывая, что дети могут быть полезны оккупантам.

6 августа 1942 года 192 ребенка из приюта Корчака были направлены в «лагерь смерти» Треблинка. С ними были два их педагога – Януш Корчак и Стефания Вильчинская, а также еще восемь взрослых.

Педагогический авторитет Януша Корчака был столь велик, что в момент погрузки в вагон к нему подошел один из немецких офицеров, протянув лист бумаги. Всемирно известному педагогу-новатору гитлеровцы дарили жизнь.

Однако Старый Доктор не оставил своих воспитанников в самый страшный час их жизни.

Януш Корчак, Стефания Вильчинская и все дети из их приюта приняли мученическую смерть в газовой камере «лагеря смерти» Треблинка.

Смотрите также:

  • Протоиерей Димитрий Смирнов: телевизоров всё больше, а детей всё меньше →
  • Елена Зелинская: Дети греха →
  • Как спасти семью? →

image Сексуальный концлагерь. Детей в Германии вынуждают посещать уроки «про это» image Из вывезенных нацистами на «перевоспитание» детей домой вернулись три процента image Возвращение к себе Ребёнок королю. Как рожали монархи в России и Европе?

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий